100 великих операций спецслужб

«СТЕФАНИЯ» И «СФИНКС»

До конца 40-х годов Канада не имела собственной службы радиошпионажа. Но в 1947 году между США, Англией, Канадой, Австралией и Новой Зеландией было подписано соглашение о сотрудничестве и разделении обязанностей в сфере разведки. На этом основании в Канаде была создана спецслужба, получившая в целях маскировки название ОСНИС (Отделение связи национального исследовательского совета), на которую была возложена обязанность по сбору разведданных в Арктике. Первоначально она занималась слежением за радиообменом советских военных кораблей и самолетов в этом районе, а с середины 50-х годов — и перехватом радиосвязи разведки СССР.

С первых лет существования ОСНИС Агентство национальной безопасности (АНБ) США относилось к этой службе как к одной из своих структур и иной раз выражало недовольство малым объемом информации, поступающей от нее. Но и информация, перехватываемая самими американцами и англичанами через их посольства в Москве, не была удовлетворительной вследствие помех, создаваемых советской радиоконтрразведкой. Поэтому в 1971 году им понадобился новый пункт радиоперехвата, который не был бы известен русским. Лучшим мог быть пункт в здании канадского посольства в Москве. На первое обращение союзников канадцы отреагировали отрицательно: им не хотелось «марать» свое посольство. Тогда АНБ предупредило: если канадцы откажутся установить в здании посольства радиоперехватывающую аппаратуру, Канада будет лишена разведданных, которыми США и Англия по-божески делились с ней. Канадцам ничего не оставалось, как принять ультиматум.

На приобретение и установку оборудования требовались огромные деньги, выходившие за рамки бюджета спецслужбы. Выделение новых средств могло вызвать утечку данных об их предназначении, а ведь главное в этой операции, получившей название «Стефания», была ее конспиративность.

Американцы с пониманием отнеслись к трудностям канадцев и стали активно помогать денежными средствами и безвозмездной поставкой оборудования для перехвата. Однако АНБ потребовало убрать со всего оборудования серийные номера и другие признаки, свидетельствующие о том, что оно сделано в США.

Когда все было согласовано, возникли технические проблемы. Специально экранированных помещений, стенки которых защищали бы оборудование от утечки его излучений наружу, в посольстве не было. Начало работ по экранированию было бы замечено КГБ. Не было технической возможности и для экранирования каждого устройства в отдельности. Специалисты нашли выход: нужно разместить аппаратуру в большом, специально оборудованном сейфе.

Из Монреаля в Москву был доставлен огромный сейф с заранее проделанными отверстиями для проводов и креплений. Чтобы при осмотре русские не обнаружили странные отверстия, их закамуфлировали свинцовыми панелями.

Дипломатической почтой в Москву прибыла техническая «начинка» для сейфа, а также чаша телескопической антенны. Ее предварительно разрезали на 12 кусков по радиусам, как режут арбуз.

Когда все необходимое было доставлено, приступили к монтажу. Наружу выставлять антенну было нельзя, и ей нашли место на чердаке. Но оказалось, что она там не помещается. Пришлось выкопать яму в земле, насыпанной для теплоизоляции помещения, и с трудом укрепить там основание антенны.

Установили оборудование, подключили провода, операторы уселись на свои места, надели наушники, нажали на кнопки и… услышали шипение. Оказалось, что аппаратура, настроенная на перехват волн в СВЧ-диапазоне, не улавливает узконаправленных волн. Требовалось развернуть антенну и настроить приемник на нужную частоту. Это было не очень просто, так как антенну поворачивали только вручную, чтобы русские не зафиксировали гул работающего мотора. Один из операторов, взяв лопату, полез на чердак, где в полной темноте раскопал яму и поворачивал антенну до тех пор, пока не установил ее в оптимальном положении. При этом получилась комичная ситуация: из-за опасности подслушивания связь с оператором пункта перехвата нельзя было поддерживать ни по радио, ни по телефону, ни голосом, а только через посыльных, поэтому настройка длилась очень долго.