100 великих богов

Страница: 93

Его почитали как мудрого и деятельного политика, при котором осваивались предгорья, прокладывались дороги. Имея много жен, он стал отцом 25 мальчиков, 14 из которых основали новые княжеские роды. В знак его благополучного правления в стране появились единорог и феникс. В конце жизни он собрал медь на горе, отлил ритуальный треножник. К нему прилетел дракон, Хуан-ди, ухватил его за ус, оседлал и вознесся в небо, удостоившись бессмертия.

По другой версии, он погребен на горе Цяошань в провинции Шэньси, или, другой вариант, там покоится его одежда, а тело и душа пребывают на небесах. Вся история с полетом на драконе может быть отголоском предания о том, что первопредок рода Чэнь был зачат от удара молнии и являлся драконоподобным божеством грома и грозы. Создается впечатление, что в древности при каком-то правителе (Хуан-ди?) был создан огромный барабан, звук от которого напоминал громыхание грома. Возможно, ударяя в него, заклинатели пытались отвести грозу и град. Для этого же стреляли в небо с облаком-драконом из луков (согласно легенде, когда Хуан-ди улетал на драконе, его сторонники стреляли в чудовище из луков, чтобы заставить его опуститься). Подобные ритуалы, призванные устранить опасность града или шквала, смерча, практиковались у разных народов.

Нетрудно усмотреть в преданиях о Хуан-ди причудливую смесь более или менее реальных эпизодов, весьма сомнительных и откровенно фантастичных. Последние и делают его мифологическим героем. Его рождение представлено чудесным и невероятным: он сразу же начал говорить, имел солнечный рог, лик дракона, четыре глаза (или даже четыре лица). Последнее обстоятельство подчеркивало его нахождение в центре мира или Поднебесной, а значит, превращало в верховное божество.

Ему легенда приписывала огромный рост и необычайно умелое владение копьем и щитом. Зная о своем могуществе, он потребовал дань с правителей всех четырех сторон света. Трое из них безоговорочно подчинились более сильному владыке. Осмелился перечить лишь Янь-ди, правитель Юга и божество солнца, которого называют родным или сводным братом Хуан-ди.

Янь-ди — фигура интересная. В переводе его имя означает «повелитель пламени». В некоторых мифах ему приписывалась роль первого земледельца: при нем якобы появилась красная птица с девятью колосками злаков в клюве, которая роняла их на землю. Янь-ди подбирал зерна и сажал в землю; тот, кто вкушал выросшие злаки, становился бессмертным.

В свою очередь, у Янь-ди был своеобразный двойник — «божественный земледелец» Шэнь-нун, с которым тоже связывали начало земледелия, а также мудрое правление. При нем с неба дождем посыпалось просо, и он первым стал пахать и сеять. В отличие от него, Янь-ди, связанный с огнем, являлся олицетворением подсечно-огневого земледелия.

Итак, Янь-ди осмелился не подчиниться повелению Хуан-ди, отказавшись платить ему дань. В ответ Хуан-ди собрал тигров, барсов, медведей и выступил против брата. (Обратим внимание на эту деталь: звери, естественно, являются «противниками» подсечно-огневого земледелия, ибо страдают и гибнут от него; такой «экологический мотив» усматривается в данном мифе.) Произошла кровопролитная битва, в которой Янь-ди потерпел поражение (нет ли тут намека на отказ от подсечно-огневого земледелия?).

Не исключено, что в подобных мифах отражаются главным образом предания о борьбе за власть правителей или кланов древности. Однако в любом случае перед нами — образы мифологических героев, которые вобрали в себя несколько разновозрастных пластов старинных преданий: о легендарных правителях, культурных героях, связанных главным образом с земледелием, а также о приходных явлениях. При этом поэтические обороты, например, громоподобный барабанный бой, облако-дракон, обретали черты реальности.

ЛУН

Так называется в Китае фантастическое существо — дракон, образ которого у многих людей во всем мире ассоциируется с этой страной. До сих пор на праздниках китайцы запускают воздушных змеев, подобных драконам, и устраивают танцы и представления с изображениями-макетами этого фантастического существа. Самое удивительное, что такое страшилище, на Западе ставшее символом зла и разрушительной мощи, ярости и насилия, в Китае воспринимается вполне доброжелательно, даже почтительно. Князь драконов — Лун-ван считался покровителем императорского рода, и его культом руководил сам император.