Святое дело

1

Политика Сталина была предельно простой: в Испании не удалось столкнуть Германию с Великобританией и Францией, но ничего страшного – их можно столкнуть в Чехословакии. А если нет, столкнем в Польше.

И вот в конце 1938 года Сталин резко сменил все свои пропагандистские установки. Антигитлеровская пропаганда в Советском Союзе вдруг разом смолкла. Теперь главное для Сталина – успокоить Гитлера: хватай в Европе все, что нравится, я тебе мешать не буду.

Гитлер требовал пересмотра Версальского договора, в соответствии с которым Восточная Пруссия была отделена от основной части Германии, а город Данциг был объявлен вольным городом. Гитлер требовал, чтобы ему дали коридор на польской территории для строительства автострады и железной дороги между Восточной Пруссией и основной территорией Германии. Кроме того, город Данциг должен был стать частью Германии.

Правительство Польши отказывалось выполнить требования Гитлера. Великобритания гарантировала Польше безопасность. Между Польшей, Великобританией и Францией были подписаны соглашения о взаимной помощи.

Правительства Великобритании и Франции решили привлечь на свою сторону и Советский Союз.

Это было чудовищной и непростительной ошибкой.

Как только Великобритания и Франция согласились на переговоры о «коллективной безопасности», война в Европе стала неизбежной. Дело в том, что переговоры между Британией, Францией и Советским Союзом весьма беспокоили Гитлера. Он считал, что «коллективная безопасность» – это политика окружения Германии (ВИЖ. 1963. № 12. С. 25). Это угроза сырьевой блокадой. Гитлер считал, что Германию загоняют в угол, и судорожно искал выход из этой неприятной ситуации.

Тем временем сталинские дипломаты потребовали немедленного прибытия военных миссий Британии и Франции в Москву.

Правительства этих государств согласились. А кремлевские товарищи торопят: скорее!

До сих пор никто не объяснил, кому нужна была эта спешка. Впоследствии даже официальные советские историки были вынуждены признать, что оснований спешить не было. «Вряд ли теперь, изучив основные государственные и военные документы Японии и Германии, можно согласиться, что в августе 1939 года Советскому Союзу угрожала реальная опасность войны на два фронта… Мы-то сейчас знаем, что Япония не решилась напасть на СССР даже в самые критические моменты 1941 и 1942 годов, когда наша страна находилась в отчаянном положении. И у гитлеровской Германии в 1939 году конкретного плана ведения войны против СССР не было» (ВИЖ. 1988. № 12. С. 59).