Святое дело

2

Но даже и Тухачевскому было ясно, что на такое количество «танков» броневой стали в стране нет, и неоткуда ей взяться. Потому он предлагал вместо брони использовать котловое железо и переключить Таганрогский котлостроительный завод на выпуск железных листов.

Основной грузовой автомобиль того времени: АМО-Ф-15. Он брал максимально одну тонну. Колесная формула 4x2. Вне дорог действовать не мог. Если листами котлового железа прикрыть только двигатель, бензобаки и кабину водителя грузовика, то это уже больше тонны дополнительного веса. Кузов «броней» прикрыть не получится. Если смонтировать железную коробку в кузове, тогда двигатель, бензобаки и кабина водителя останутся незащищенными. В любом из этих сценариев карданный вал, подвеска и тоненькие резиновые колеса оставались открытыми.

Вооружение такого «танка» – пулемет «Максим».

Ничего более тяжелого на такой «танк» не поставишь. Впрочем, Тухачевский ничего другого устанавливать и не рекомендовал. Установить пулемет на такой «танк» можно было только открыто, так как для броневой башни нужно крепкое основание, а его нет.

Основным трактором того времени был «Фордзон». (Америка продала лицензию на производство и построила завод. Понятно, что у нас буржуазное название трактора было заменено благозвучным пролетарским – СТЗ.) Мощность трактора – 15 лошадиных сил. С момента выхода из заводских ворот первого «Фордзона» и до конца 60-х годов XX века эта мощность трактора считалась эталонной. Так и писали: «В течение 1933–1937 гг. сельское хозяйство получило свыше 500 тыс. тракторов (в 15-сильном исчислении)» (История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941–1945. М., 1961. Т. 1. С. 64).

Смысл этой фразы нуждается в пояснении. С 1936 года, помимо «Фордзона», в Советском Союзе было налажено производство других, более мощных тракторов. И если из заводских ворот выходил один трактор мощностью в 30 лошадиных сил, то в статистике он считался за два. А трактор мощностью в 60 л.с. – за четыре.

Но в момент, когда Тухачевский сочинял свои прожекты, тракторов мощностью в 30 и 60 лошадиных сил еще не было. Был «Фордзон» обыкновенный, затем – усиленной мощности – 22 лошадиные силы. Вот его-то Тухачевский и предлагал превратить в танк. Трактор этот представлял собой примитивный двигатель, за которым на железном сиденье с дырочками восседал тракторист. Эти чудо техники имело впереди два маленьких железных колеса со спицами, сзади – два больших колеса. Тоже со спицами. Прикрыть котловым железом тракториста и кое-какие жизненно важные узлы было возможно. Но не колеса. Кроме того, надо было принимать во внимание мощность двигателя. Любое увеличение нагрузки выходило боком через снижение скорости, запаса хода и проходимости. Пулемет можно было кое-как приладить, но он тоже должен был устанавливаться открыто, так как броневую башню было просто некуда пристроить.

3

Необходимо учитывать и еще один момент: если все автомобили и тракторы Советского Союза переделать в «танки», то что останется промышленности, транспорту и сельскому хозяйству? Что случится с экономикой страны, если изъять даже не все, а хотя бы половину тракторов и автомобилей?

Но ведь на войне и самой армии нужны и тракторы, и автомобили. Представим, что армейские тракторы и автомобили по проекту Тухачевского превратили в «танки». На чем в этом случае будем подвозить миллионы тонн боеприпасов, топлива, запасных частей, продовольствия, инженерного, медицинского и другого имущества со станций снабжения на фронтовые, армейские, корпусные, дивизионные, бригадные и полковые склады и в боевые порядки войск? На чем будем перевозить войска? Чем будем буксировать артиллерию? На чем будем перевозить штабы, подразделения связи, госпитали, ремонтные мастерские? Армии и так не хватало автомобилей и тракторов. И никогда на войне их не может быть в избытке. Лишних автомобилей на войне не бывает.

Если переделать даже половину автомобилей и тракторов страны в «танки», то они просто не смогут действовать. Причина простая. Вслед за колонной танков должны следовать артиллерия противотанковая, пушечная, гаубичная и зенитная, не уступающая танкам в подвижности, пехота, саперы, химики, связисты, штабы, разведка, топографы, ремонтники, медики. И все это – автомобили, автомобили, автомобили. Кроме того, и для танков, и для всех, кто следует вместе с ними, нужно бесперебойно подавать боеприпасы, ГСМ, продовольствие и много всего разного. Элементарные расчеты того времени показывали, что вслед каждому танку должны двигаться 4–5, а то и больше автомобилей с обеспечивающими подразделениями и частями. Иными словами, если и будет принято явно дурацкое решение превращать пятнадцатисильные тракторы в «танки», то и в этом случае нельзя переступить барьер в 15–20 процентов от общего количества армейских автомобилей и тракторов. В противном случае «танки» останутся без боеприпасов, без топлива, без саперов, связи, управления, без артиллерийской поддержки, без зенитного прикрытия и т.д.